Как нам угробить Россию

Живописец К. А. Коровин в своих мемуарах вспоминает, как он стал свидетелем примечательной встречи-стычки Антона Павловича Чехова с представителями прогрессивного студенчества, которые, употребляя чеховские "калачи, колбасу, пиво", пытались писателя, которого, кстати, очень уважают в городе И. – он очень хорошо и правильно отозвался об Иркутске – что называется, задирать.

• Рис. Алексей Меринов

-

Цитата: «Студенты были другие, чем Антон Павлович. Они были большие спорщики и в какой-то своеобразной оппозиции ко всему…

— Вы говорите, что вы человек без убеждений... Как же можно написать произведение без идеи? У вас нет идей?..

—  Нет ни идей, ни убеждений... - ответил Чехов.

Странно спорили эти студенты. Они были, очевидно, недовольны Антоном Павловичем. Было видно, что он не отвечал какой-то дидактике их направления, их идейному и поучительному толку. Они хотели управлять, поучать, руководить, влиять. Они знали все - все понимали. А Антону Павловичу все это, видимо, было очень скучно…».

Ах, как хорошо сказано! «Не отвечал… дидактике их направления, их идейному и поучительному толку». «… хотели управлять, поучать, руководить, влиять… знали все - все понимали». Даром, что живописец – формулировать-то Коровин умеет.

Каждый российский человек наверняка вспомнит множество ситуаций, в которых его задирали какие-нибудь бездумные жертвы «дидактики собственного направления», в которых он как-то решал, пытаться спорить и переубеждать, плевать и соглашаться или посылать по известному адресу? Разумеется, это все проблемно для тех, кто как Чехов, а не как студенты из этого мемуарного эпизода. Кто исходит из простого и, на мой взгляд, очень правильного принципа – спорить имеет смысл только с тем человеком, который в принципе способен поступиться какими-то собственными позициями в споре, признать хоть частицу своей неправоты. И разумеется – тут уже чистая справедливость – самому надо быть человеком, способным на такое, более того, имеет смысл в самом начале «мировоззренческой коммуникации» продемонстрировать эту способность собеседнику и посмотреть, понял ли он вас, отреагировал ли в ответ тем же самым? Если да, то можно обсуждать, спорить, убеждать-переубеждать. Если нет, то и смысла нет.

Я не раз и не два сталкивался с удивлением сограждан по поводу того, что 27 стран Европейского Союза способны приходить во многих вопросах к единогласному мнению, что нередко требуют правила ЕС для принятия того или иного решения. Иначе, как насилием со стороны какого-нибудь «Вашингтонского обкома» такую способность к консолидации многие сограждане не объясняют. Секрет же ненасильственного единогласия не так уж и сложен – когда все участники многополярной коммуникации, требующей принятия общего решения, исходят из того, что им придется чем-то поступиться, и они при этом не потеряют лица, никто не назовет их слабаками, а наоборот сделают вывод, что они круты и мудры, прийти к общему решению не так уж и сложно. Увы, это не в наших традициях. В наших традициях изматывающие споры не готовых ни к какому компромиссу сторон, общим итогом которым становится следующее – пусть уж власть за всех за нас все решит, раз мы не способны договориться.

Как ни странно, к этим всем размышлениям меня подтолкнули не Чехов с Европейским Союзом, а, скажем так, свежий иркутский материал. Случилась недавно в моей обыденной жизни следующая событийная композиция. Я прочитал про то, как мэр Бодайбо Евгений Юмашев высказал свою точку зрения по поводу проблемы бездомных собак. Потом про то, как Прокуратура внесла Евгению Юмашеву предостережение о недопустимости нарушения законодательства об ответственном обращении с животными. Вспомнил, я о том, что рассуждать на эти темы это все равно, что брать в руки оголенные электрические провода под напряжением – если прокуратура не заметит, то зоозащитники обрушатся. Вспомнился коммуникативный стиль зоозащитников, исключающий какие-либо уступки и компромиссы. Настроение испортилось, двинул на улицу прогуляться и наткнулся на постоянный пикет НОДовцев – проживаю я в шаговой доступности от постоянной уличной дислокации их активистов, поэтому регулярно становлюсь объектом их «цыганско-иеговистского» пропагандизма. Говорить и спорить с ними бесполезно, только обходить стороной или в сторону заворачивать голову. Сплелось-переплелось все в голове: и прогрессивные студенты, наезжавшие на Чехова, и зоозащитники, которые наверняка наедут на Юмашева, и НОДовцы, которые обратили на меня свои хищные взоры. Три таких разных образа абсолютной неспособности к компромиссу слились в один… заголовок, обыгрывающий знаменитый мем от Солженицына. Заголовок перед вами – «Как нам угробить Россию». Вот с помощью этого всего и угробить. Очень даже легко угробить с помощью этого всего Россиюшку-матушку.

Российские вузы вылетели из рейтинга Scopus. Почему это — серьезно?

Пишут, что мы вылетели из научного топ-5. Российские ученые по итогам 2024 года просели по количеству публикаций в физике и математике, а также во всех научных изданиях, которые индексируются в базе Scopus.

Долгая-долгая жизнь: ради власти и благодаря ей

Политический возраст растет быстрее, чем биологический.

AI + глубинное государство = новый коммунизм

В 2026 году человечеству предстоит ответить на беспрецедентный вызов.

Трамп арестовал Мадуро. Что дальше?

Ровно через 36 лет после того, как лидер Панамы Мануэль Норьега сдался США, чтобы предстать перед судом, американский спецназ прямо в спальне захватил президента Венесуэлы Николаса Мадуро с супругой.

Трамп меняет мировые «правила игры»

Начало 2026-го задает тон всему году. Это будет сумасшедшее время. Институты будут рушиться.