ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СРЕДА ОБИТАНИЯ

Сильная сторона российской государственной машины заключается не в военном гении полководцев или технологических прорывах — отнюдь нет. Ее суперспособность — умение концентрировать огромные ресурсы в ситуациях, когда, как может казаться, они отсутствуют.

Что будет делать правительство в ситуации растущего бюджетного дефицита — сокращать расходы или пытаться любой ценой увеличивать налоги/сборы (ну или расширять кредит/печатать деньги)? Думаю, что расходы оно сокращать не будет, и вот почему.

Слышу с разных сторон мнение, что в экономике денег осталось мало. Поверьте, это не так.

Снижение ключевой ставки Банком России традиционно влечет за собой уменьшение доходности по банковским вкладам. По мнению экспертов, в такой ситуации граждане, скорее всего, не станут мириться с низкими процентами и начнут активнее выводить средства из депозитов. Эти деньги с высокой долей вероятности будут перенаправлены на потребительский рынок.

Владимир Путин во время совещания по экономическим вопросам 12 августа заявил о начале подготовки бюджета на 2026–2028 годы и отметил значительное снижение инфляции, которая в июле составила 8,8%.

Кажется, жизнь налаживается. Люди снова тратят деньги, магазины отчитываются о росте оборотов, маркетплейсы бьют рекорды продаж, спрос на услуги восстанавливается. Чеки вроде как растут, да и торговля оживает. Но если копнуть внутрь структуры этого спроса, то становится тревожно.

Эксперт считает, что любые новые санкции станут дополнительной нагрузкой на экономику и создадут инфляционное давление.

В том, что исчезает, как признают наши министры, недолгий рост экономики, нет ничего загадочного. Как и в том, что никакого «апокалипсица» у нас за последние годы не случилось.

Антон Силуанов, глава Минфина РФ, заверил в интервью каналу RT, что наблюдаемое снижение темпов роста является преднамеренным и контролируемым процессом.

В ирано-израильский конфликт напрямую вступили силы США, что еще больше подталкивает Иран к ответным мерам. И у него есть свой вид санкций — причем не против какой-то конкретной страны, а против всего рынка нефти.