Язык политики сегодня: без церемоний

Почему мировые лидеры перестали стесняться крепких выражений?

-

Наверное, все мировые СМИ обошел диалог, который состоялся в соцсети между главой МИД Польши Радославом Сикорским и Илоном Маском. Последний называл своего оппонента «слюнявым идиотом». Вряд ли кто-то вспомнит суть перепалки, зато все уже успели выразить свое отношение к ее форме.

Понятно, что соцсети допускают и даже в некотором роде стимулируют использование подобного неполиткорректного языка, ибо написать можно то, что не скажешь словами даже по телефону. Но этот язык уже вышел далеко за его пределы и стал частью политического мейнстрима.

Взять, хотя бы, президента США Дональда Трампа. Он то пройдется по своему бывшему советнику Джону Болтону, называя его болваном, то традиционно обрушится на своего же предшественника Джо Байдена с набором ругательств, которые в переводе звучат не всегда печатно, но сводятся к определению «маразматик».

Оппоненты действующего главы Белого дома не отстают. Скажем, тот же самый Байден еще раньше не стеснялся называть Трампа «фашистом».

И это, на самом деле, довольно новый феномен. Ранее политики, как правило, прибегали к крепким выражениям лишь в особых случаях, в том числе во время предвыборных кампаний, и это становилось событием. Теперь же неполиткорректной язык стал повседневностью, на него уже мало кто обращает внимание, а тем более возмущается.

Причиной изменения языка политиков стали соцсети, которые действительно дошли буквально до каждого. В них появились информационные пузыри, в которых живут избиратели. Часто эти пузыри довольно маргинальны, бывает, что они построены на конспирологии. При этом, каким бы крупным ни был такой пузырь, он и близко не заключает в себе большинство избирателей. Поэтому сейчас любой политик понимает, что его электоральная база состоит из альянса меньшинств, в том числе маргинальных, и расширяться может исключительно за их счет.

Так что Дональд Трамп не зря пинает французского президента Эммануэля Макрона за темные очки, за которыми тот скрывает, по официальной версии, лопнувший в глазу сосуд. При этом в интернете самым популярным остается предположение, что Макрону в глаз дала жена, которая к тому же, вероятно, вообще мужчина. Ясно же, что Трамп понимает все абсурдность такой версии, но ему надо дать сигнал своим избирателям, что он их слышит.

И тут дело не только в довольно неполиткорректном, а зачастую откровенно мусорном языке. Иногда суть высказываний политиков бывает понятна лишь тем, кто общается исключительно на таком же языке.

Американские демократы после убийства чернокожего бандита Джорджа Флойда и вовсе предлагали запретить полицию, стигматизируя и демонизируя ее сотрудников, что приводило не только к росту насилия, но и сопротивлению таким методам, чем, кстати, Трамп и воспользовался.

Поэтому нынешние события в Миннесоте, где в борьбе с мигрантами уже есть две жертвы среди местного населения, можно назвать следствием как раз той стигматизации силовиков, которая началась после убийства Флойда.

Истоки этой радикализации кроются в тех самых информационных пузырях. Ведь простые и жесткие идеи всегда более популярны, чем взвешенные и продуманные. Раньше, когда идеи радикалов могли распространяться главным образом через прессу, это все же было затруднено. Теперь же появились инструменты для самостоятельного выстраивания такой коммуникации.

Политикам ничего не остается, как отвечать на новые вызовы, причем иногда не только словами, но и действиями, как в Миннесоте. И даже несмотря на то, что рейтинг Трампа рухнул после тех рейдов, он перед промежуточными выборами в Конгресс показал, что слышит свой базовый электорат. А сомневающимися избирателями можно заняться и позже.

В целом современную политику во всем мире можно называть гибридом радикализма и популизма, стирающим грани между различными идеологиями и партиями. Задача политиков в том, чтобы набрать больше голосов, поэтому они должны отвечать на общественный запрос, в том числе, на языке, понятном тем, кто этот запрос выдвигает. И если раньше главную роль в коммуникации между политиками и избирателями играли телеканалы, газеты и книги, которые не опускались ниже определенного уровня, то теперь на первый план вышел интернет, где никаких этических ограничений попросту не существует.

Нельзя исключать, что уже вскоре дело обернется так, что политические карьеры будут сразу начинаться в глубинах мировой паутины. И тогда нынешние высказывания Трампа или Маска уже покажутся нам вполне корректными и вежливыми.

Кирилл Шулика, Rosbalt.ru

«Потому что я преступник»: британец дважды посягнул на резиденцию принца Уильяма

Мужчину, который накануне Рождества самовольно оказался на территории Кенсингтонского дворца, отправили за решётку почти на восемь месяцев. Как сообщает The Mirror, суд приговорил нарушителя к 32 неделям лишения свободы.

Диагноз Дональду Трампу: логорея. К чему это всех нас ведет?

Состояние здоровья президента США может повлиять на политическую ситуацию в стране и за ее пределами.

Госдума запретила фотографировать себя, любимую

Зачем Госдума перед выборами закрывается от избирателей?

Язык политики сегодня: без церемоний

Почему мировые лидеры перестали стесняться крепких выражений?

В Госдуме предложили цифровизировать контроль за аварийно-опасными участками дорог

«Единая Россия» внесла в Госдуму РФ законопроект, обеспечивающий комплексное повышение безопасности дорожного движения путем создания механизма оперативного устранения аварийно-опасных участков на автодорогах страны. Об этом сообщает пресс-служба депутата Госдумы Сергея Тена.